Анна Каренина Л.Н. Толстого

Анализ романа Л.Н. Толстого «Анна Каренина»

Известны слова Л.Н.Толстого, записанные его женой, о том, что он в «Войне и мире» любил мысль народную, а в «Анне Карениной» (1877) — мысль семейную. Эти слова не надо понимать буквально.

Широта постановки проблем общенационального и, более того, общечеловеческого масштаба — проблем, намного переросших рамки традиционного «семейного» романа, — обусловила то всемирное признание, которое «Анна Каренина» получила вскоре после выхода. Именно по поводу «Анны Карениной», оцененной как «факт особого значения», Достоевский первым заговорил о Толстом как о писателе, сказавшем «новое слово» в мировой литературе.

«Анна Каренина» была задумана и реализовалась как роман в прямом смысле злободневный. Время его действия совпало с временем написания, в нем много прямых откликов на текущие события, от научных споров тех лет до войны на Балканах. Примечательно, что в «Анне Карениной» действие не завершается и после того, как главный конфликт, казалось бы, исчерпан: в последней части романа сюжет развертывается дальше — уже после смерти Анны.

Анна у Толстого — натура незаурядная, душевно богатая, наделенная живым нравственным чувством. Любовь к Вронскому побуждает ее яснее, чем прежде, осознать себя как личность, обостряет ее критическое чутье по отношению к окружающему миру и к себе самой. И главная причина ее гибели — не столько лицемерие светской среды или препятствие к получению развода, сколько разрушающее действие страсти на ее собственную душу, невозможность примирить чувство к Вронскому и привязанность к сыну, и шире того — невозможность найти себя в мире, где «все неправда, все ложь, все обман, все зло».

Для Толстого критерием подлинной семьи было взаимопонимание, душевное согласие супругов. Но брачный союз Анны с нелюбимым ею, внутренне чуждым ей сановником Карениным не мог стать основой настоящей семьи.

Не могло возникнуть семьи и из совместной жизни Анны с Вронским, потерпевшим крушение в своей военной и светской карьере, но кровно привязанным к тому обществу, которое отвергло его. И Толстой не осуждает Анну (она остается для него «жалкой и не виноватой»), но неотвратимо приводит ее к трагической развязке.

Исследование неразрешимых проблем частной жизни людей из «высшего общества» позволяет автору с новой стороны проникнуть в социальную, нравственную, идеологическую проблематику эпохи.

Рядом с линией Анны в романе непринужденно и без малейшей натяжки возникает параллельная ей линия Левина. Внутренняя связь этих линий — не в общности судеб героев, а, скорее, в психологических ситуациях. Оба они — каждый по-своему — не могут, не хотят мириться с ложью и злом окружающего их мира. Отсюда трагедия Анны, отсюда драма Левина.

А.Фет, один из первых читателей «Анны Карениной», имея в виду литературных недоброжелателей Толстого, сказал: «А небось чуют они все, что этот роман есть строгий, неподкупный суд всему нашему строю жизни». Это и на самом деле так. Толстой на этот раз творит свой суд, сводя роль повествователя к самому строгому минимуму. Авторские комментарии здесь почти отсутствуют. Нравственная оценка людей и событий полностью вытекает из самого действия, из взаимодействий и поступков персонажей.

В «Анне Карениной» действие занимает немного времени, не более трех лет, и здесь толстовское искусство человековедения выражено по-новому. Одни и те же персонажи предстают в разных жизненных ситуациях, по-разному судят друг о друге. Авторский и читательский приговор выносится лишь в конечном счете, в итоге различных «за» и «против». Именно так строится противоречивый характер Каренина. Он не глуп и не зол, способен на порывы великодушия (что особенно видно в сцене примирения с Вронским у постели больной Анны), он может даже внушить читателю жалость. Но по ходу действия все яснее вырисовывается привязанность Каренина к миру царской бюрократии, его умение ревностно участвовать в фальшивой, призрачной жизни, в ловле наград и чинов.

Важная и новая особенность поэтики «Анны Карениной» — элементы символики или аллегории, приобретающие характер лейтмотивов. В романе возникают и повторяются мотивы, имеющие не только непосредственно предметный, но и символический смысл. Железная дорога у Толстого (почти как в известном стихотворении Некрасова) — своего рода символ того времени, который складывается в пореформенной России, принося людям новые бедствия.

Мысль о всеобщем торжестве неправды и зла, одна из последних мыслей, мелькающих в сознании Анны перед смертью, сродни тем горестным рассуждениям, которые долгое время не давали покоя второму главному герою романа, Константину Левину.

Левин, как и сам Толстой, видит, что нарождающиеся буржуазные порядки не устранили вековой крестьянской нищеты, принесли с собой новые формы социальной несправедливости. В этом — основа того смятения, неуверенности, в котором находится Левин и в котором находился в те годы создатель «Анны Карениной».

В ряду толстовских героев-правдоискателей Левин наделен наиболее явственными автобиографическими чертами. Толстой подарил своему герою собственную бескомпромиссную честность, собственное отвращение к праздной барской жизни, светским условностям, казенному лицемерию. Он подарил Левину и собственную органическую привязанность к земле, к русской природе, даже тяготение к физическому крестьянскому труду. В размышлениях и исканиях Левина многое отражает ход поисков самого Толстого.

Левин одержим мечтой о «бескровной революции», о новых отношениях помещика и крестьянина. «Вместо бедности — общее богатство; вместо вражды — согласие и связь интересов». Но мужики не хотят тех улучшенных способов хозяйствования, которые предлагает им добрый барин. И трудность эта коренится вовсе не в упрямстве или косности крестьянина, а в том — как ясно видит сам Левин, — что интересы помещика и интересы крестьян и в самом деле силою вещей «фатально» противоположны.

Вкладывая в историю жизни Левина немалую долю собственного жизненного опыта, Толстой передает переживания и размышления своего героя в связи с событиями его личной жизни. Бракосочетание Левина с горячо любимой им Кити, рождение ребенка, а с другой стороны — смерть брата, — все это побуждает Левина вновь и вновь ставить под вопрос свое отношение к религии и церкви, напряженно задумываться над тайнами человеческого бытия и своим жизненным назначением. Чтение философских и богословских книг не дает желанной ясности, а вносит в его сознание раздражающую путаницу и неуверенность.

Просветление наступает внезапно. Левин приходит — по примеру мужика Фоканыча, который живет «для души, по правде, по-божьи», — к бесхитростной религиозной вере, основанной на «законе добра». Он убежден, что он может, оставаясь по-прежнему барином, помещиком, вложить в свое повседневное существование «несомненный смысл добра», — таков исход исканий Левина. Создатель «Анны Карениной» был мыслителем слишком могучим, слишком смелым для того, чтобы принять простодушную веру Фоканыча и на этом успокоиться. Подобный финал исканий свидетельствовал о глубоком кризисе мировоззрения не только героя романа, но и его автора.

В предисловии к американскому изданию «Анны Карениной» Томас Манн писал: «Этот роман из жизни светского общества направлен против него, — об этом читателя предупреждает уже библейский эпиграф: «Мне отмщение, и аз воздам». Моральным побуждением, заставившим Толстого взяться за перо, было, несомненно, желание обличить общество, которое с холодной жестокостью изгоняет из своей среды гордую и благородную по натуре женщину, не сумевшую совладать со своей страстью…»


Не нашли то что искали?
✚ Заказать ✎ Написать
Данную запись ещё никто не прокомментировал! Сделайте это первым.

Оставить комментарий

Похожие записи

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: